Партийные дискуссии и единство партии

Дискуссии похожи на спор личных убеждений. Но чтобы понять глубже причины дискуссий, полезно рассматривать их как отражение общественных интересов. Возникшая дискуссия может быть либо результатом столкновения интересов разных общественных групп, либо она может оказываться поиском решения возникшей какой-нибудь проблемы в пределах одной какой-нибудь общественной группы. Дискутирующая сторона может стремиться выражать интересы какой-то общественной группы, но на деле её позиция может оказаться ошибочной, “льющей воду на мельницу” противников. В таких случаях нужно вновь возвращаться к попытке осознания ситуации, с дополнительным привлечением фактов обнаруживаемых несоответствий полученных результатов предполагавшимся ожиданиям.

По существу, дискуссия — это суммирование опыта предшествующей практики с разных сторон для выработки обобщения, как руководства к дальнейшей практике.

Дискуссия — это не поучение умным глупого, не наставление мэтра “новичкам”, не борьба классовых интересов на теоретическом поле. Хотя последний вариант очень на неё походит и часто полагают, что это тоже — дискуссия.

Во время дискуссии бывает, что отвлекаются от существа дела, начинают делать предметом обсуждения предположения насчёт своих оппонентов, а потом возвращаются к существу дела путём простого отрицания того, что предлагают оппоненты. Такой вариант хода дискуссии может низвести её до обыкновенной склоки, что не решит проблему, а усугубит её. А “решение” проблемы путём простого физического устранения оппонентов представляется наиглупейшим, поскольку обрываются связи с объективностью, которую представляло разнообразие взглядов. Это ведёт к накоплению неопределённости и делает последствия непредсказуемыми. Когда в руководстве страны был Сталин, партийцы, дискутирующие с “генеральной линией” Генерального секретаря, часто объявлялись “врагами народа”: так решалась задача единства партии ради единства партии, а не для поиска оптимального разрешения той трудности, которая привела к дискуссии. Так проявлялись бюрократические моменты в партии, грозившие потерей её аппаратом обратной связи от партийных масс, от рабочего класса.

Единство партии может достигаться путём выработки единомыслия в ходе дискуссий, обеспеченных практическим опытом, грамотностью и способностями соратников-марксистов — это путь ленинский. А может достигаться путём приглушения инициатив соратников в пользу таковых вождя — это путь административно-бюрократический. Этот второй путь достижения единства может быть оправдан исключительной трудностью и опасностью текущего момента и достаточно развитыми способностями, опытом и грамотностью главного руководителя. Если продолжительно следовать этому пути, то тенденции бюрократизации могут разъесть партию изнутри, оторвать её от рабочего класса и превратить её в номенклатуру — отдельный правящий слой с приоритетом своих корпоративных интересов над интересами диктатуры пролетариата. Поэтому, по преодолению трудного и опасного текущего момента, коллективность партийного руководства как сверху, так и на местах, должна быть восстановлена.

Рассмотрим революционный период. Большевистская партия руководствуется марксизмом и, применяя его творчески в тех или иных конкретных специфических условиях России, получает поддержку рабочего класса и крестьянства. Таким образом она становится авангардом рабочего класса и путеводителем крестьянства. Марксизм становится определителем воли революционных масс путём конкретных предложений партией творческих вариантов его воплощения в конкретных действиях. Когда в партии надолго затягиваются дискуссии по поводу выбора того или иного варианта, рабочий класс, чьи интересы выражает партия, испытывает затруднения в согласованности своих революционных действий. Рабочий класс требует от своего авангарда ясных и однозначных указаний по направлению своих усилий в деле революционных преобразований, надеясь на правильность указываемого пути. Это особенно важно в решающие для революции исторические моменты. В такие моменты дискуссии следует вести в пределах партии, не вынося её в рабочие массы, а рабочим массам партия обязана дать консолидированный результат внутрипартийной дискуссии как руководство к действию.

Дискуссии в партии неразрывно связаны с образованиями отдельных групп, связанных с той или иной стороной дискуссии. Когда какая-нибудь группа начинает как-то организовываться внутри себя, например, согласовывать своё групповое поведение на общепартийном обсуждении или голосовании, а, тем более, когда она создаёт свои внутренние организационные структуры, вроде органов печати и прочее, то тогда такие действия называются ‘фракционными‘, а такая группа может превратиться во фракцию. Фракции грозят партии расколом, чего больше всего боится каждая группа, поскольку сила партии — в её единстве. Стремление избежать фракций и раскола — это главная мотивация партийцев к выработке консолидированного решения в дискуссиях. Это с одной стороны. С другой стороны, это консолидированное решение должно быть научно-выверенным, жизненным, практичным, – каковым стороны дискуссии считают каждый свою позицию. В решении этого противоречия и состоит задача дискуссий. То есть, в ‘дискуссии‘ есть исходный момент — представление группами множества предполагаемых единственных истин, и есть момент-результат — объединительный: вырабатывается единственная практическая истина. Насколько она действительно таковая в последствии показывает практика и в случае неудачи — подвергается, опять коллективно, коррекции.

Перечислим главные дискуссии, возникавшие в партии во время революции и в 20-х годах. Вокруг «апрельских тезисов» — быть или не быть социалистической революции. Вокруг Брестского мира. Вокруг строительства регулярной Красной Армии. Вокруг перехода к НЭПу. После первого оглашения «апрельских тезисов» ни один из петроградских товарищей не поддержал Ленина. Ленину пришлось им разъяснять существо дела, существо момента. Жизнь показала правоту Ленина в очередной раз, что укрепило его авторитет среди соратников. Во время дискуссии по Брестскому миру Ленин, оставшись в меньшинстве, говорил о своём выходе из ЦК и обращении к низам партии. То есть, – угрожал образованием фракции и расколом партии. Партия рискнула и поверила Ленину, полагая раскол худшим злом. Жизнь вновь подтвердила авторитет Ленина и доверие ему соратников — его предложение оказалось верным и позволило двигаться вперёд, а не назад в революционных преобразованиях. Из всех этих дискуссий партия вышла окрепшей: в сложнейших и неочевидных вопросах Ленин умел найти общую линию развития революции, консолидируя революционный опыт своих соратников, соответствующим образом учитывая и поправляя их, в результате чего происходило и обратное — позиция Ленина становилась позицией соратников. Так достигалось подлинное единство партии и её руководящее могущество. Это позволяло в объективных имеющихся условиях рабочему классу быть субъектом в построении новой жизни. Таким образом партия заработала свой авторитет у рабочего класса и всех трудящихся. Внутри партии, в её руководящей части, авторитет Ленина среди соратников основывался не на административном контроле над аппаратом, репрессиях или привилегиях, а на идейно-интеллектуальном лидерстве и на исторической роли в революции.

До того как на X съезде была принята временная резолюция «О единстве партии», запрещавшая фракционную деятельность, и до того, как Сталин административным путём сосредоточил в своих руках необъятную власть и сделал эту резолюцию постоянной, партия находила решения коллективно, разрешая разногласия путём дискуссий.

Какие обстоятельства привели к резолюции “О единстве партии”? В конце 1920 года развернулась дискуссия о профсоюзах: какую роль они должны выполнять в новом социалистическом государстве на данном этапе его развития. Формировались несколько позиций по этому вопросу и, соответственно, несколько групп единомышленников: “производственники” (Троцкий) – предлагали подчинённость профсоюзов; “рабочая оппозиция” (Шляпников, Коллонтай) – предлагали передать профсоюзам управление народным хозяйством; “децисты” (Сапронов) – предлагали свободу фракций и невмешательство в профсоюзы; “платформа десяти” (Ленин) – обозначали профсоюзы как “школу управления”. Эти несколько групп образовывали фракции и грозили расколом партии, чего больше всего боялись в любой из этих групп, так как было понимание того, что единство партии — залог выживания в сложнейших сложившихся условиях. А условия были таковы: тяжёлое положение с продовольствием в армии и городах, продразвёрстка, начало голода, Тамбовское, Воронежское, Западно-Сибирское крестьянские восстания, Кронштадский мятеж. В этих условиях, результатом X съезда ВКП(б) (Москва, 8÷16 марта 1921 г) стало:

• переход от “военного коммунизма” к НЭПу;
• переход от продразвёрстки к продналогу;
• резолюция “О единстве партии”, с 7-ым пунктом внутреннего пользования для ЦК, — стало возможно исключать из партии членов ЦК за фракционную деятельность. Ленин говорил: “Это — крайняя мера, которая принимается специально в сознании опасности обстановки.” (ПСС5, т.43, с.108)

В проекте резолюции “О единстве партии” Ленин так определил значение и место партийных дискуссий:

“…Всякий анализ общей линии партии или учет ее практического опыта, проверка исполнения ее решений, изучение методов исправления ошибок и т. п. должны быть направляемы ни в коем случае не на предварительное обсуждение групп, складывающихся на какой-либо «платформе» и т.п., а исключительно должны быть направляемы непосредственно на обсуждение всех членов партии. Для этого съезд предписывает издавать регулярнее «Дискуссионный Листок» и особые сборники, добиваясь неустанно того, чтобы критика велась по существу дела, отнюдь не принимая форм, способных помочь классовым врагам пролетариата.” (ПСС5, т.43, с.91)

По приходу Сталина к руководству партией и страной, некоторое время, «по инерции», ещё были дискуссии. Часто широкое участие принимали партийные низы, вплоть до беспартийных рабочих, которым в ряде случаев ещё дозволялось право решающего голоса на партсобраниях. В силу специфики своих способностей и авторитета среди «ленинской гвардии», а также в силу того, что, сделавшись генсеком, Сталин сосредоточил в своих руках необъятную власть, он нашёл свой радикальный способ обеспечения единства партии, который можно обозначить так: «любой, поднимающий дискуссию по поводу линии партии, подвергает сомнению эту линию, тем самым пытается дискредитировать партию среди народа и льёт воду на мельницу вражеских классов, а потому — является врагом народа». Таких людей было много, особенно среди «ленинской гвардии», – они то и стали «причиной» обнаруженного Сталиным «обострения классовой борьбы» и последующей его репрессивной политики. Ещё была возможной внутрипартийная дискуссия “Новый курс” (Троцкий, о демократизации ВКП(б)). Но эта дискуссия оказалась предтечей “Литературной дискуссии”, которая уже не была по существу дискуссией, а была инструментом дискредитации Троцкого, как угрожающего единству партии. После “Литературной дискуссии” дискуссии, как инструмент поиска путей развития, стали невозможны и превратились во внешние формы выражения политики партии.

Что значит, следуя пункту 7 “Резолюции о единстве партии”, применить самое суровое наказание за нарушение партийной дисциплины — исключить из партии человека-вождя за фракционную деятельность?, – это может означать лучший способ создания фракции и предпосылок раскола партии: исключённый вождь выходит к рабочим на улицу — возникает новая рабочая партия, то есть — фракция. Резолюция побуждала больше прислушиваться к авторитету Ленина. Для Сталина Резолюция представляла собой некий парадокс, решение которого было им найдено в изменении декларируемого ею самого сурового наказания: теперь оно стало состоять в невозвратном устранении претендующих на вождизм членов партии из возможности политической жизни, как ‘врагов народа‘.

Авторитет Сталина поднялся в народе в результате уничтожения им врагов народа в период “обострения классовой борьбы” и в результате народнохозяйственных и военных достижений советских людей в годы его руководства. Если говорить об авторитете Сталина не у народа, а среди своих партийных помощников, то этот авторитет был другого рода, нежели таковой был в своё время у Ленина среди своих соратников.

К концу Гражданской войны, когда партия побеждала, в неё, как в партию управления, хлынуло много людей случайных. Как можно разделить людей в партии? Например, так: в партии есть люди-вожди, талантливые, творческие, инициативные марксисты, которых рабочие знают как выразителей своих интересов через опыт революционной борьбы под непосредственным их руководством. А есть люди-исполнители, которые выполняют партийные задания. Когда дискуссию ведут люди-вожди, – это означает выражение разных возможных воплощений марксизма, которые объективно могут находить отклик в массах.

Отсутствие дискуссий в партии при построении нового общества, ставшее партийной традицией, внесло свою злую лепту в отчуждении руководства страны от рабочих, чью диктатуру оно представляло. Со стороны трудового народа это привело к политической пассивности и к регенерации старых культурных традиций жажды ‘справедливого монарха‘, которую утолял соответствующий авторитет Сталина. А со стороны партии это привело к её бюрократизации – к заботе о своих корпоративных интересах, как первоочередных, и к тому, что она стала всё больше и больше выражать, вместо классовых интересов рабочих, интересы слоя служащих, каковыми и являлись партийные руководители. Оказавшись без влияния со стороны рабочего класса, партийная верхушка стала властвовать над рабочим классом, превратившись в фактор риска контрреволюционного переворота. В результате воздействия капиталистического окружения этот фактор привёл к контрреволюции в СССР в начале 90-ых годов.

Вывод можно сделать такой. Для сохранения связи партии с рабочим классом, чтобы выражение его коренных интересов партией не искажалось и оставалось развитием марксизма, – нужен научный подход к проблеме развития нового общества: к текущей той или иной проблемной ситуации из теории делается соответствующая конкретизация – выработка руководства к действию (дедуктивный метод), далее – воплощение в жизнь и получение результата. На основе неожиданностей в результате следует заново применить дедукцию уже с учётом полученного практического опыта. И такими иттерациями и ищутся правильные пути развития. Упрощённо это называют методом “проб и ошибок”. Гораздо реже, но тоже случается, что “пробы и ошибки” превращаются в “топтания на месте”, – это может означать необходимость индуктивного шага: исправление теоретических предпосылок того или иного уровня.  То есть – в поисках верного варианта, нужно рассматривать разные варианты конкретизаций марксизма применительно к тому или иному историческому пункту, а значит — нужны и дискуссии.

И хотя всегда есть риск того, что та или иная позиция вызвана не искренним желанием ускорить движение общества вперед, а служит демагогическим прикрытием реакционных интересов, дискуссии в партии необходимы. Без них партия напоминает человека, живущего в стерильной атмосфере, которого убьёт первый встретившийся микроб. Что и произошло с КПСС. Противоречия между рабочими и служащими, в том числе профессиональными партийцами, имеются объективно и затушевывать их картиной показного «единомыслия» недопустимо. Особенно для партии, взявшей на себя роль первопроходца в построении нового общества.

29 января 2026 г.

pdf-версия